Несправедливо ликовать над телами погибших
Из глубин черных и омертвевших глаз тяжело восходит чувство несправедливости. Мы стоим на поле битвы, где стоили каждой капли крови. Но как же мы, те, кто невероятным чудом выжил, можем позволить себе ликовать над телами погибших? Их руки еще помнят последнее, что держали — оружие, надежду или головный убор — смятый или разорванный в беспощадной схватке. Кто-то из них в последний момент вспомнил о доме, где его ждали, кто-то надеялся на скорую встречу с родными, кто-то думал о будущем. Каждое из этих жизней — это недописанная книга, оборвавшаяся на самом интересном месте, и мы, живыми казавшимися победителями, лучше всех понимаем, что любой праздник здесь горек как никогда.
Горести и печали рванулись к нашим сердцам, сбиваясь в комок, непросто разгладить его среди звуков ликующих голосов. Но неужели можно забыть, что каждый из погибших — это чей-то сын, чей-то отец, друг и брат? Ликуя, мы словно убийцы повторно пронизываем их сердца шпагами упреков и пренебрежения.
Здесь, на этом разрушенном поле, мы чувствуем горечь утраты. Наша победа — это не повод для радости, а место глубокого уважения и скорби по тем, кто пал. Ликуя, мы утрачиваем свои человеческие черты, превращаемся в нечто бесчеловечное. Нежечься на территории, омытой их кровью, — значит предать их память и себя самих.
Каждое мгновение, проведенное здесь, на этом поле, должно быть пронизано тишиной и глубоким уважением к тем, кто отдал свою жизнь. Это должно стать временем размышлений для каждого. Взгляд, прикованный к этим телам, должен привить нам осознание хрупкости жизни и силы гибели, которые ведут к нашему долгу не только перед теми, кто погиб, но и перед собой.